«Это какая-то имитация борьбы с ковидом»: как у петербуржцев украли Новый год

«Это какая-то имитация борьбы с ковидом»: как у петербуржцев украли Новый год

Бизнес, оказавшийся разменной монетой, виноват лишь в том, что, как в басне Крылова, ему хочется кушать.

Не успели отгреметь два коронавирусных концерта Басты в «Ледовом дворце», собравшие 12 тысяч людей без масок под одной крышей, как власти Петербурга начали ожесточенно закручивать гайки. Хуже всего придется заведениям общепита, у которых отобрали самое святое — новогодние праздники. С 25 по 29 декабря и с 4 по 10 января кафе и рестораны не смогут работать после 19:00, а с 30 декабря по 3 января вообще будут закрыты. Также прекращается доступ посетителей в музеи, театры, на выставки и концерты с 30 декабря по 10 января.

Действительно ли городу необходимы столь жесткие ограничения? Почему главную ответственность за заражения возлагают на рестораторов, большинство которых работали в соответствии со всеми требованиями Роспотребнадзора? Будут ли эффективны такие меры без ограничения работы метро? На вопросы отвечают предприниматели, депутаты и экономисты.

Владимир Меньшиков, председатель Совета НП «Союз малых предприятий Санкт-Петербурга»:

«Вновь введенные ограничения, являются огромным испытанием для малого бизнеса в целом и для ресторанного сегмента в частности. Ежегодно новогодние каникулы — это то время, когда компании имеют возможность обеспечить некие финансовые резервы для последующих «мертвых» месяцев за счет высокого покупательского потока в праздничные дни. Из этих резервов потом производятся выплаты заработной платы и обеспечивается гашение других финансовых обязательств. Лишаясь возможности заработка в праздничные дни,предприниматели лишаются и возможности оплаты обязательных платежей.

Кроме этого, многие рестораторы с целью проведения небольших мероприятий ставили брони на места, закупали продукты, брали предоплаты, которые теперь нужно возвращать. Однако сделать это в текущий момент им будет очень сложно, да и просто «не из чего». Приостановление деятельности предприятий и невозможность получения заработка станет еще одной дополнительной финансовой нагрузкой и ляжет на плечи предпринимателей.

При этом на текущий момент каких-либо мер поддержки, в связи с введенными ограничениями оказано не было. А их, по мнению предпринимательского сообщества, должно быть минимум три: компенсация оплаты арендных платежей, коммунальных услуг и заработной платы в 100%-ном объеме. Эти меры позволили бы организациям выжить и сохранить коллективы, и мы очень надеемся, что они будут реализованы».

Янина Гришина, председатель РОО «Содействие малому бизнесу»:

«Бизнес сегодня виноват лишь в том, что, как в басне Крылова, ему хочется кушать. Тотальные ограничения обернутся тем, что он уйдет в «серую зону», как это сейчас делают некоторые кафе и бары, пуская посетителей по ночам. Они делают все, чтобы урвать копейку, иначе их семьи умрут не от ковида, а от голода.

Вообще власть сегодня говорит бизнесу «дай» гораздо чаще, чем когда-либо. И вроде бы с экранов телевизоров увещевают, что проверки запрещены, но проверочные мероприятия и мониторинг заведений продолжают проводить. А результат один — штрафы и расторжение договоров. Да и Песков недавно заявил, что никакой поддержки бизнеса не будет — это говорит лишь о том, что там, наверху, живут уже в другой галактике. Или регионы скрывают от центра свои проблемы, боятся лишний раз правду сказать.

Спровоцировал эту новую волну ограничений, конечно, концерт Басты. Но, замечу, что главу комитета по культуре Сухенко за это даже не сняли, только выговор объявили. Зато бизнес во всем обвиняют — вот недавно в цветочном магазине проверяющие по 121-му коронавирусному постановлению скрутили продавщицу, которая сняла маску, чтобы пообедать. В обезьянник посадили, а хозяйке магазина не дали даже заявление написать: «Мол, рыпнешься, твоего павильона не будет».

Общепиту вообще выкрутили руки со своими ограничениями — в кафе людей опрыскивают с ног до головы, и маску, и перчатки вручают, и налоги городу платят. И все равно — виноваты. Хотя общепит выполнял все, что от него требовали. Кажется, Смольный действует по принципу «не можешь навести порядок — возглавь бардак», вот и все».

Павел Усанов, экономист:

«Ограничения очень сильно ударят по сфере развлечения и общепиту, учитывая, что свою 13-ю зарплату люди обычно тратят на корпоративы, подарки и встречи с друзьями. Компенсировать отсутствие таких возможностей большинство, видимо, будет активным шопингом, но вся эта новогодняя концепция городских властей выглядит крайне негуманно. Мы видим, как в будни гигантское количество петербуржцев перемещается по городу в метро друг у друга на голове, и чиновников это не слишком пугает. А в праздник их заставляют сидеть по домам.

Логика такая — работать вы обязаны, а вот отдыхать, извините, не имеете права. Думаю, это плохо скажется на мотивации людей, у всех и так много стресса. Многие ждут Новый год как начало новой страницы. На психике, как и на экономике это скажется не лучшим образом.

Что касается малого и среднего бизнеса, для них это будет последней каплей. Он либо закроется, либо будет искать способы обойти ограничения. Летом многие начинали работать подпольно».

Александр Романенко, петербургский ресторатор:

«Ограничения Смольного даже хуже, чем тотальное закрытие. Дело в том, что власти с самого начала форс-мажорной ситуации наиболее пострадавшим отраслям не предоставили никаких справок о том, что это форс-мажор. В итоге контрагенты нас буквально разрывают на куски, поставщики подают на нас в суд и грозят обанкротить, а арендодатели — выгнать. Кто-то передает дела коллекторам, кто-то службам безопасности — я с « безопасниками» в последнее время общаюсь чаще, чем со своими официантами и барменами.

Мы не бизнес ведем, а отбиваемся от претензий. На это уходит целый день, а к вечеру мы уже приходим в нужный тонус и ждем рейдов карателей, которые приедут и будут штрафовать за все подряд. К нам, слава богу, один раз только пришли и ни к чему не придрались. Но коллеги сообщают: ресторан, который работает себе в минус на 1,5-2 млн рублей в месяц, отдает до 500 тысяч рублей одних штрафов.

Мы очень ждали новогодние выручки, эти двадцатьь дней, начиная с 20 декабря, дают прибыль как за шестьдесят-семьдесят обычных дней. Многие из нас уже вложили деньги в какие-то проекты. Я, например, чуть не закупил новогодние украшения на 100 тысяч для четырех своих заведений.

Тут еще проблема в том, что бизнес ни о чем не предупреждают, мы сами все узнаем от журналистов — например, о закрытии фудкортов. Хотя у нас в WatsApp есть чат с вице-губернатором Евгением Елиным и представителями профильных комитетов. Но этот чат — как виртуальный кляп в рот, он, видимо, нужен для того, чтобы предприниматели сливали все эмоции туда, а не в соцсети и СМИ. На вопросы чиновники не отвечают, ничего не анонсируют.

Я считаю, что заболеваемость растет, потому что не введены ограничения в общественном транспорте. Общепит же за этот год доказал, что является самой дисциплинированной отраслью. Кафе или ресторан — это одно из самых безопасных мест, где может находиться человек в пандемию. У меня заведении на три зала, каждый по 30 метров, везде стоят ультрафиолетовые рециркуляторы. Вы много таких в вагонах метро видели? А в троллейбусах кресты из красного скотча на сидениях есть? А поручни обрабатываются? У меня вот столы обрабатываются после каждого посетителя. Это какая-то имитация борьбы с ковидом. Есть ощущение, что нас сделали какой-то разменной монетой. В развитых странах кафе тоже закрывают, но до 70% потерянной прибыли возмещают из бюджета».

Ирина Иванова, депутат Законодательного Собрания Петербурга:

«Рестораны будут закрывать после семи вечера, а мы знаем, что основной чек у многих — это период до 23.00. Это абсолютно невыгодно, а на вынос мало кто что берет. Что будут есть те, кого закрываем? Нужно хотя бы как-то возместить им убытки, ведь предприниматели уже давно ничего не просили у власти и кормили себя сами. Еще один вопрос: что мы будем делать с молодежью? Ведь ее по домам закрыть невозможно. Видимо, будет толпиться по столовым и заправкам, которых ограничения не коснулись.

В то же время я очень хорошо понимаю власть: Евгений Елин недавно заявил туристам, что к нам ездить не надо, будет просто некуда сходить и поесть. Смольный уже просто не знает, что делать и как остановить пандемию. И врачи действительно не справляются, они буквально выжжены. Больницы и амбулатории тоже не резиновые. И мы попали в список регионов с наихудшей ситуацией по коронавирусу, что усугубляется и нашим географическим положением — мы живем в болотистой местности и здесь в принципе высок уровень легочных заболеваний».